Сергей Константинович Абачиев

 

Абачиев Сергей Константинович, кандидат философских наук, профессор кафедры философии и мировоззренческой безопасности Института Государственного управления, права и инновационных технологий.

 

Родился 28.07.1945 г. в г. Балашиха Московской области, в котором проживает по сей день. После окончания в 1963 г. средней школы поступил в Московский авиационный институт. Получил уникальную специальность «Ядерные двигатели летательных аппаратов». Физико-математическая база под эту специальность была университетского уровня. В дальнейшем она позволила С. К. Абачиеву надстроить над ней свою квалификацию в области теории познания и методологии науки.

Трудовую деятельность в 1969 г. начал в лаборатории газовых турбин Центрального Института авиационного моторостроения им. П. И. Баранова. Однако деятельность на поприще узко специализированной технической науки была ему не по душе. Хотелось заниматься фундаментальной наукой, причём обществоведческой, но строгой по своим методам и выводам. Эти поиски молодости в 1971 г. закончились капитальным выбором в пользу марксистско-ленинской философии. После короткого и естественного неофитского увлечения спекулятивным системотворчеством в начале 1972 г. С. К. Абачиев определился с конкретными предметами систематического интереса: философия естествознания и техники, логическая структура диалектического материализма как логики и теории познания. В этом его самоопределении важнейшую роль сыграли работы Б. М. Кедрова, П. В. Копнина, А. Г. Спиркина, Т. И. Ойзермана, Л. Б. Баженова, которых он считает своими первыми заочными учителями.

В 1972–1974 гг. служил офицером в ракетных войсках стратегического назначения. За этот период чётко определился круг его основных исследовательских интересов – законы теоретического синтеза знаний, открытые К. Марксом с тесной увязке с методологическими проблемами экономической теории и истории экономических учений. В этот период новым заочным учителем С. К. Абачиева стал Э. В. Ильенков со своими трудами, посвящёнными логике «Капитала». Но в начале 1975 г. им было осознано, что основные Марксовы законы теоретического синтеза знаний – это законы становления теорий, а не их развития методом восхождения от абстрактного к конкретному, как в «Капитале». С этого момента исследования С. К. Абачиева в области Марксовой логики теоретического синтеза обособились от исследований школы Ильенкова. В марте 1975 г. он обратился к эвристическому познанию многоуровневой числовой системы треугольника Паскаля. Этот выбор он считает счастливым обретением эволюционной теорией познания своего элементарного объекта – прямым аналогом простейшего, водородного атома в истории становления квантовой механики, мушки-дрозофилы в истории становления классической генетики и т. п.

Свою научную квалификацию в области эволюционной гносеологии С. К. Абачиев надстроил над своим базовым высшим образованием исключительно методом самообразования. Проработав в 1974–1991 гг. научным сотрудником отдела научно-технической информации НПО «Криогенмаш», он имел и сполна использовал возможность приобщиться по существу к реальной жизни науки и техники на ключевых направлениях их развития. Невозможность в своё время получить стандартное университетское философское образование он расценивает как великое благо. По его капитально обоснованному мнению, такое образование по традиции «топит» мышление новичков в истории философии, гипертрофирует авторитеты классиков философии. Из абсолютного большинства обучаемых оно делает профессиональных комментаторов чужих учений, отбивает способность самостоятельно исследовать современные философские проблемы науки и техники на современном уровне.

В 1976–1977 гг. во исполнение программы акад. Б. М. Кедрова С. К. Абачиев синтетически объединил Энгельсову классификацию фундаментальных естественных наук по формам движения материи с Марксовой логикой теоретического синтеза знаний. В 70-х гг. группа исследователей из СССР и ГДР определила как одну из глобальных проблему высокоизбирательного государственного стимулирования научно-технического прогресса на основе научно-теоретического понимания его внутренней логики. Науковедческая теория С. К. Абачиева отвечала этому требованию. На её основе ещё в 70-х гг. автор сделал весьма рискованный по тому времени стратегический прогноз: теоретическая кибернетика, основы которой были заложены в 40–50-х гг. ХХ в., с логико-гносеологической необходимостью синтетически объединится с теорий элементарных частиц. В 1991 г. эта науковедческая теория была им защищена в качестве кандидатской диссертации. В последние годы этот её прогноз подтверждается эмпирически данной мощной «голографической» эвристикой в области синтетического слияния квантовой теории гравитации с квантовой космологией.

С 70-х гг. тема синтетического единения теоретической физики с теоретической кибернетикой стала для С. К. Абачиева одним из предметов систематического отслеживания в эмпирически данном развитии теоретического естествознания. К математике гармонии у него, в первую очередь, такой профессиональный интерес.

С 50-х гг. ХХ в. рядом советских исследователей периодически прокламировалась необходимость систематического перевода эволюционной теории познания с «диалектического» языка гегельянства и классического марксизма на язык современных научных представлений о многоуровнево-иерархичной структуре объективного мира в большом и в малом. Всесторонне отработав в 70-х гг. этот перевод на элементарной модели многоэтапного эвристического познания треугольника Паскаля, С. К. Абачиев по сей день является единственным автором, у которого такой перевод не прокламируется, но систематически работает.

Взращивая свою новую квалификацию методом самообразования, С. К. Абачиев в 70–80-х гг. оказался над ценностной неприязнью друг к другу профессиональных «диаматчиков» и «истматчиков». Это позволило ему быть на высоте обоих направлений разработки советской философии. Поэтому единство методологии естествознания и обществоведения, которое прокламировалось в советской философии, в его работах систематически реализуется.

С. К. Абачиев остаётся конструктивно-критическим восприемником марксистско-ленинской традиции в области теории познания и методологии науки. Нигилистический отказ от неё многих современных отечественных специалистов он считает «идеологической самодеятельностью», поскольку в постсоветской России уже давно никто не требует «свыше» ни продолжения идеологизации этого направления по-советски, ни антимарксистского нигилизма. Такая позиция, по его мнению, оказалась контрпродуктивной и для ряда результативных в прошлом советских специалистов, которые теперь превратились кто – в маститых интерпретаторов западной философии науки, кто – в псевдоправосланых хулителей марксизма как такового, а то и само́й науки Нового времени.

С началом педагогической деятельности в 1993 г. предметом систематического интереса С. К. Абачиева стала традиционная формальная логика. С позиций своей квалификации в области эволюционной теории познания он впервые доказательно интерпретировал её как науку специфически опытную, творчески подражая знаменитой книге Ф. Клейна «Элементарная математика с точки зрения высшей». Давняя проблема соотношения формальной логики с эволюционной гносеологией как логикой наиболее общего типа впервые решена им в ключе общеметодологического принципа соответствия.

Педагогическая деятельность С. К. Абачиева стимулировала расширение его исследовательских интересов в области культурологии, религиоведения, социальной философии. В 80–90-х гг. он освоился в русской религиозной философии, а также в вопросах православного богословия. С 1998 г. подготовил и выпустил в свет учебные пособия по дисциплинам «Логика», «Концепции современного естествознания», «Религиоведение», «Философия», «Социальная философия». Разработал инновационную программу фундаментализации и гуманитаризации высшего образования любого профиля на базисе современного учебного курса логики и методологии науки. Вместе с учебными курсами «Концепции современного естествознания» и «Социальная философия», он становится достойной постсоветской заменой былому учебному курсу диалектического и исторического материализма. Эта научно-педагогическая концепция кладёт конец естественному постсоветскому кризису в преподавании дисциплин общеметодологического и научно-мировоззренческого блока, который не должен быть чрезмерно затяжным и, тем более, хроническим.